Заново складывающийся региональный порядок обострил отношения между Турцией и Израилем и вновь вернул в двустороннюю повестку тему Геноцида армян. Израильское правительство на днях признало Геноцид армян. Это решение предстоит одобрить Кнессету, который ещё 8 лет назад, последовав примеру собственного МИД, не нашёл тому достаточно оснований. Теперь же МИД Израиля преисполнен гордостью за «выполнение нравственного долга и отвержение попыток отрицания» первого геноцида XX в.
Стоило ли омрачать священную память жертв Геноцида армян упоминанием в одной публикации с преследуемым Международным уголовным судом за преступления против человечности Биньямином Нетаньяху? Неужели армянский мир не заслуживал большего, чем небольшой отписки в социальной сети? Пусть на эти вопросы израильские министры ответят перед своей совестью. То же самое касается и контекста, в котором звучат такие заявления: Нетаньяху вскоре предстоит пойти на очередные выборы, на которых он серьёзно рискует не переизбраться; а отношения с Турцией находятся в низкой точке из-за продолжающейся агрессии в Секторе Газа.
К сожалению, армянскому миру не впервой наблюдать, как упоминание армянского вопроса становится побочным продуктом противостояния двух держав, пусть на этот раз и региональных. Поэтому особенно сейчас быть прагматиками во имя армянской государственности – наша обязанность перед всеми, кто сложил головы за право оставаться армянами.
Проблема, в первую очередь, в нас: в предыдущие разы, когда обстоятельства складывались определённым образом, армянский мир мобилизовывал свой потенциал во имя восстановления государственности. Это справедливо считалось единственным способом не допустить повторения Геноцида (а для чего ещё нужно признание?). Сегодня же армянский мир дезориентирован и «расслаблен» номинальным существованием остатков жалкой имитации Республики Армения.
Увы, с сегодняшней географической Арменией уже давно всё понятно: она находится под полным контролем турецкого мира. На торги теперь выставлен армянский мир с его ресурсами, влиянием, связями и слишком медленно пробуждающейся пассионарностью.
Своё заявление о признании Геноцида армян МИД Израиля начал со слов «никогда не поздно». Действительно ли это так? Ответом на этот риторический вопрос стали звенящая тишина из официального Еревана и ответные предупреждения из Анкары и Баку, для которых признание Геноцида армян равнозначно признанию их первородного греха. Быть может, не слишком поздно было после Апрельской войны 2016 г., когда Израиль снабдил геноцидальный Азербайджан не только техникой, но и собственными инструкторами; в пекле 44-дневной войны 2020 г. или даже в сентябре 2023-го, когда Арцах уже был отрезан от Ирана «надёжными азербайджанскими партнёрами», но Турция ещё не контролировала регион единолично?
За добровольно-прагматичное предоставление израильского миром своих мощных материальных и лоббистских ресурсов для осуществления завершающей фазы Геноцида армян, сателлиты турецкого мира поспешили «отблагодарить» Израиль 7-м октября 2023 г. К тому моменту не прошло и двух недель с момента, как из Арцаха были насильственно депортированы последние армяне. И если мир быстро переключился с невинно убиенных армян на невинно убиенных среди израильтян, то вскоре очень многие также забыли и о последних. Сегодня в европейских столицах и даже в Соединённых Штатах гораздо чаще вспоминают о действиях Израиля с 8 октября 2023 г.
Безусловно, войны за существование и собственное место под солнцем выигрываются не на конкурсе общественных симпатий и всеобщей жалости, а на поле боя – дипломатического, лоббистского, экономического, в конце концов, военного. Впрочем, решение конфликта военным путём плохо не только и не столько попранием давно забытых гуманитарных норм, а тем, что демонстрирует слабость; на поле боя можно победить, но у этой победы должны быть принимающие (и, как следствие, легитимизирующие) её очевидцы. Среди них должны быть в том числе проигравшие и их покровители.
И именно тут Израиль всё же опоздал. С его тактической победой палестинцы и ситуативно поддерживающая их Турция не смирятся. С тактической победой Турции же нынешняя географическая Армения смирилась всецело, и покровитель у колониальной Армении (с лёгкой руки в том числе Израиля) тот же, что и у «ХАМАС». Израильтяне это понимают, поэтому пытаются делать ставку на армянский мир: тот самый, которого долго считали врагом и соперником, но очень не хотят увидеть очень полезной игрушкой в руках Турции. Поэтому начали с самого простого: с памяти о Геноциде армян, которая и прежде всегда подчинялась стратегическим расчётам Израиля, и нынешний подход к ней – не исключение.
Итак, пытаясь получить надёжного союзника против Ирана, Тель-Авив объективно способствовал расширению влияния силы, которая воскресила собственный нео-османский проект и сегодня всё более открыто претендует на лидерство в суннитском мире (как это было до развала Османской Империи, которая, кстати, включала неразделенную Палестину) и вступила во всё более прямую конфронтацию с Израилем. Иными словами, Израиль начинает понимать, что ставка на азербайджано-турецкий тандем и его собственноручное усиление могло оказаться стратегическим просчётом.
Если ещё несколько лет назад Турция воспринималась в Израиле как сложный, но необходимый партнёр, то теперь Анкара всё чаще рассматривается как один из главных претендентов на роль регионального гегемона и наиболее серьёзного вызова безопасности еврейского государства. Турецкое влияние на Южном Кавказе (на границе с доселе главным соперником – Ираном) уже достигло качественно нового уровня. В Баку безраздельно правит турецкий мини-султан, который осмеливается критиковать Израиль после того, как получил от него всё необходимое; в Ереване засел послушный турецкий комендант и коллаборационист, каких ещё поискать среди мэров турецких городов. Арменией правит страх, вселённый не столько Турцией и Азербайджаном, сколько полученной ими – благодаря Израилю – молчаливой поддержкой в мировых столицах. Поэтому даже если Израиль сегодня решил использовать тему Геноцида как элемент давления на Турцию, это уже не изменит сложившийся региональный баланс сил.
Парадоксально, но дальнейшее обострение турецко-израильских отношений способно породить конфигурации, которые ещё несколько месяцев назад казались немыслимыми. На Ближнем Востоке не существует вечных друзей и вечных врагов. При определённых обстоятельствах, даже Иран и Израиль могут оказаться ситуативными союзниками по отдельным вопросам, если оба государства будут воспринимать экспансию турецкого влияния как более непосредственный и долгосрочный вызов собственным интересам. И Тегеран, и Тель-Авив по разным причинам не заинтересованы в превращении Турции в доминирующую державу, контролирующую основные энергетические и транспортные маршруты от Восточного Средиземноморья до Центральной Азии. В конце концов, эти два действительно стоящих друг друга соперника делят этот регион тысячелетиями; Османской же империи по меркам этого древнейшего региона далековато даже до своего первого тысячелетия.
Однако, при всей (относительной) доброжелательности Ирана и внезапном смягчении Израиля, для Армении турецко-израильское противостояние не несёт автоматических преимуществ. Напротив, рост напряжённости может дополнительно повысить значение Южного Кавказа как пространства геополитического соперничества. В этих условиях неизбежно вновь обострятся вопросы военно-политического присутствия внешних игроков и контроля над стратегическими маршрутами, включая пресловутый «Зангезурский коридор», ныне эвфемистически называемый «Маршрутом Трампа» (который также появился благодаря поддержке израильского лобби в США).
Если в Израиле окончательно придут к выводу, что Турция является более опасным долгосрочным вызовом, чем Иран, Тель-Авив может попытаться ограничить нео-османскую экспансию на различных направлениях – от Восточного Средиземноморья до Южного Кавказа. Тем не менее, как было упомянуто выше, возможности для этого здесь уже существенно ограничены. После уничтожения армянского Арцаха и формирования новой (пусть пока временной) региональной конструкции, Анкара и Баку получили в собственное распоряжение практически непрерывное стратегическое пространство от Армянского Нагорья до Каспия и Центральной Азии. Этому «практически» мешает лишь южно-армянский регион Сюник, граничащий с Ираном. И израильская заинтересованность в столь важном для Турции регионе – явно не то, что вселяет уверенность в мирном (и армянском) будущем последнего фронтира армянского мира – до окончательного окружения всё тем же турецким миром.
Очевидно, что усиление Турции за счёт поглощения Армении и человеческого капитала армянского мира помешает израильской транснациональной политической нации восстановить свои подорванные позиции. Так же очевидно, что по достижении этой цели Израиль будет всячески стремиться нейтрализовать армянский мир. Так будет продолжаться, пока Спюрк (рассеянные по миру армянские общины) и армянское государство будут оставаться предметом интерьера, а не со-архитектором регионального порядка на Большом Ближнем Востоке.
Оптимистам следует присмотреться к Армянскому кварталу Иерусалима, чтобы представить, с каким «потенциальным союзником» мы имеем дело. Израиль не обречён быть по разные стороны баррикад с армянским миром – это осознают и более умеренные группы в израильском обществе. Однако еврейское государство, в отличие от имитационного армянского, зиждется на глубокой и внутренне последовательной национальной идеологии и философии, нацеленных в первую очередь на выживание, и потом уже процветание израильской транснациональной политической нации. В этих доктринах позиции Холокоста и иудаизма всегда будут выше соображений человечности, исторической справедливости, уважения к другим древним цивилизациям. Геноцид армян никогда не встанет в один ряд с Холокостом, хоть и был его предтечей; автохтонные несопротивляющиеся и бесхребетные армянские христиане всегда будут козлом отпущения и объектом ненависти для одобряемых израильскими элитами местных радикалов.
В израильском государстве, которое сегодня говорит о «моральном долге» в отношении Геноцида армян, историческое армянское присутствие в Святом городе не только не получило должной защиты, но и продолжает сталкиваться с серьёзными вызовами.
Иными словами, новая конфронтация Турции и Израиля создаёт для Армении не «окно возможностей», а преимущественно новые разновидности прежних рисков. Именно поэтому армянскому миру следует исходить не из эмоций и не из деклараций иностранных государств, а из хладнокровного понимания международных реалий. Пока мы будем отвлекаться на реализацию чужих внешне- и внутриполитических целей, у нас из-под носа могут уйти остатки армянского государства и остатки армянского международного влияния (в частности, 907-я Поправка к Закону США «В поддержку свободы»).
Что бы ни случилось завтра (а об этом надо думать и быть к этому готовыми), Израиль не станет чтить память Геноцида армян должным образом; Турция не откажется от собственных амбиций; её ереванский коллаборационист и его младоянычары не прекратят демонтаж остатков армянской государственности; Иран не станет руководствоваться армянскими интересами вместо собственных. Не следует ожидать, что противоречия между другими региональными игроками однажды автоматически начнут работать в интересах Армении. В конце концов, армянские интересы и не сформируются, пока мы не создадим армянскую аристократию, способную их кристаллизовать и материализовать. Пересидеть региональную встряску по модели турецкого коменданта Пашиняна и его коллаборационистов не получится. Жертвы неизбежны всегда. Вопрос в том, станем ли мы субъектом мировой политики и строителями собственного национального проекта, осуществляющим его осознанно и преимущественно не за собственный счёт, или позволим построить чужую гегемонию на наших руинах.
