Жажда крови и вечной власти

Пожалуй, безнравственностью и циничностью Пашиняна и его миньонов можно удивить только жителей отдалённых галактик. Турецких временщиков трудно за что-то пристыдить, и любые попытки сделать это лишь подпитывают их кровопийческую сущность. Нажива, посеянная ненависть, высасываемая в прямом и переносном смысле кровь соотечественников, слёзы армянских женщин – вот чем кормятся младоянычары и вот что держит их у власти. Потери, страдания армянского мира и просмотры – вот показатели эффективности турецких наместников в Ереване.

Но последние заявления одного из самых верных миньонов – Алена Симоняна –  мы просто обязаны запечатлеть для анналов истории, чтобы они навсегда только в ней и остались. Итак, Симонян выдал набор по классической методичке турецкой пропаганды: 1) «вы могли остаться и бороться, но решили уехать» (так что не требуйте теперь возвращения); 2) «надо было воевать, Армения воевала»; 3) «вы выбрали другую власть» (якобы неприемлемую для Пашиняна – прим. автора), так что вы сами кузнецы своего несчастья; 4) «я против, чтобы гражданин другой страны называл города моей страны азербайджанскими и турецкими именами» (о том, почему топоним «Арцах» исчез из лексикона властей). Наконец, миньон воззвал к своей политической ответственности и напомнил, что он не просто активист, который может говорить что хочет – и тем самым подтвердил, что до сих пор сам не верит, что смог дорваться до власти и должности.

Не видим смысла разбирать каждый пункт по отдельности и объяснять очевидные вещи, например, то, что этими высказываниями младоянычар Симонян в очередной раз подыграл своим хозяевам – как в ненависти в отношении армян, так и в фактическом обвинении Армении в оккупации Арцаха. Все эти армянофобские истерические выпады так или иначе представляют собой попытку снять ответственность за утрату ключевой части армянского мира и страдания сотен тысяч людей с официального Еревана и Никола Пашиняна лично. Однако и этого мало. Ален Симонян практически напрямую упрекает арцахское армянство: «вы должны были остаться и умереть». Хоть его босс и якобы против нарратива «нации-мученика», такими заявлениями обнажаются потаённые желания армянских временщиков – если бы арцахские армяне остались и подверглись полномасштабной резне, это бы и решило вопрос с Арцахом, и помогло мобилизовать международную финансовую поддержку прямо в их карманы и ещё сильнее запугать население материковой Армении, чтобы точно не задумались о сопротивлении безрассудным уступкам Азербайджану.

Арцахские армяне, окружённые врагом со всех сторон и изнемождённые от голода, не приняли азербайджанский хлеб, прибывший из Акны («Агдама»). В первые же дни блокады они вышли на площадь с призывом к матери-Армении не менять «Зангезурский коридор» на «Лачинский» – ибо знали, что такое лишения, и были готовы понести их снова, лишь бы Ереван за это время мобилизовал ресурсы и окреп. Тысячи людей, имевшие возможность покинуть Арцах с помощью «Красного Креста», не сделали это, справедливо опасаясь, что больше не смогут вернуться домой. Они начали сажать овощи на городских газонах и запасаться дровами к холодной зиме, готовые выживать в блокаде и дальше – лишь бы не уйти с намоленных мест, не оставить могилы родных на осквернение врагу.

Они приняли неравный бой, несмотря на 9 месяцев физического истощения  и то, что вся тяжёлая техника была вывезена в Армению, и в этом бою нанесли врагу колоссальный урон. Даже в разгар страшной резни в сёлах они всё ещё пытались выиграть время для матери-Армении, надеясь, что она прикроет их тыл хотя бы в Совете безопасности ООН и по другим дипломатическим каналам – не говоря о том, что в боях они даже прорвали блокаду и самостоятельно восстановили связь с Арменией. Какая-то их часть могла остаться заложниками Азербайджана (особенно если бы знала, как «тепло» их примет турецкий комендант и что туркификация ждёт и остальные части Армении) и тем самым отбелить репутацию Азербайджана и российских миротворцев, но арцахское армянство выбрало не быть дубинкой, нависшей над Арменией для выпытывания новых уступок. Пашинян их непрошеную услугу не оценил, хоть и не скрывает, что сдавать Армению из «доброй воли» и благожелательности к Алиеву и Эрдогану куда приятнее, чем из-под палки.

Лишь лишившись даже иллюзии выбора и поддержки, арцахское армянство принесло в жертву себя и своих близких, надеясь, что станет последней жертвой армянского мира за право жить на родной земле и строить государство. Только вот теперь, как и предвещал Монте Мелконян, отстаивая Арцах как последний барьер для защиты Сюника и всей Армении, очередь на звание таких «последних» жертв гораздо длиннее. Ален Симонян рассчитывает, что когда эта очередь доползёт до Еревана, он уже будет в Южной Европе или Флориде. Он жестоко ошибается. Месть истории настигнет каждого из пашиняновской клики, и чем раньше мы поможем ей сделать своё дело, тем больше осколков армянского мира мы сумеем сохранить без дальнейших человеческих потерь – и сложить воедино заново.