Великие умы своих эпох Птолемей и Николай Коперник впервые использовали слово «революция» для обозначения циклического движения звезд, планет и спутников. Это имеет глубокий символико-содержательный характер, поскольку политическая революция, как и любая другая в живой природе, имеет космологическое значение, в основе которого лежит логика обновления. Английская революция 1639 года началась как борьба между двумя системами – феодальной, опирающейся на абсолютную власть монарха, и капиталистической, которую поддерживали прогрессисты. Феодализм более не отвечал социально-экономическим запросам общества и тормозил процесс перехода к содержательному национальному и государственному строительству. Пиком этой борьбы стала кровопролитная гражданская война, родившая личность Оливера Кромвеля, который уничтожил опасные и сомнительные смыслы и их носителей-паразитов, мобилизовал разделенные силы прогрессистов и нанес поражение старой системе.
Но революция была не в том, что капиталисты заменили феодалов, а в том, что Кромвель создал первые атрибуты идеологии англинизма (что есть английскость, кто есть англичанин и что есть Англия). Она создала государственность, политическую нацию и формы ее реализации. Под знаменем англинизма государственник Кромвель завоевал Ирландию и Шотландию, формируя стратегическое жизненное пространство (британизм – внешняя оболочка англинизма). В тот момент он осознавал, что устранить серьезную кельтскую угрозу (ирландцы-шотландцы-валлийцы) можно только путем установления контроля над ними с дальнейшей интеграцией в англинизм.
В дальнейшем Англию протрясали разные кризисы, а политические режимы сменяли друг друга. Но все эти процессы, прозванные историками «революциями» (например, Славная революция 1688 года), носили косметический, ситуационный и тактический характер, не затрагивая жизненно важные интересы английской нации и государственности. Первая Революция, которая началась как борьба двух систем, заложила основы превращения Англии в одну из крупнейших и могущественных империй в человеческой истории. Даже победа ирландцев в войне за независимость от Британской империи в 1921 году не уничтожила ни англинизм, ни британизм, а всего лишь трансформировала некоторые аспекты их внутреннего содержания.
Великая французская революция началась с посыла Аббата Сийеса о том, что «третье сословие» должно отвоевать у монархической аристократии свои права. Разные политические группировки собирали сторонников вокруг себя и своих идей, используя всевозможные инструменты для достижения победы. В момент, когда идея обновления страны ушла на второй план и лидеры «революции» начали борьбу за власть, появилась фигура Наполеона Бонапарта (аналогичная история была с Кромвелем в Англии). Он стал образом сильного француза-государственника, который с пренебрежением смотрел на парижское политическое болото и его обитателей. Вокруг него объединились люди разных взглядов, но с единым идеологическим фундаментом – построение Великой Франции. Большинство устало от постоянных лживых обещаний и манипуляций со стороны «освободителей» и «демократов» разных мастей, а реальная интеллигенция не могла свыкнуться с униженным и полу-оккупированным состоянием страны. Генерал Бонапарт выгнал англичан из Тулона, разогнал политическое болото, создал основы французской нации и государственности.
Бонапартизм стал и остается глубинной идеологией Франции, несмотря на все взлеты и падения страны, имевшие место в течение следующих двух веков. Большинство руководителей, ставших общенациональными авторитетами (например, Жорж Клемонсо и Шарль де Голль), открыто называли себя государственниками-бонапартистами.
История имеет множество подобных примеров – Американская революция, которая трансформировала бывшие разрозненные колонии в Соединенные Штаты, Ирландская революция, движение Сионизма в Израиле, Польская «Солидарность», Иранская революция и т.д. Таким образом для начала, развития и конечного успеха революции необходим ряд условий. Первое – наличие идеологии, которая ставит задачу создания или обновления стратегических основ нации и государственности.
Любая содержательная идеология – это не о разобщении и разделении людей во благо достижения личных целей (как это происходит в бунтах или восстаниях), а об их объединении, которое требует от «объединителей» (аристократии) осознанной жертвенности личного во благо общего.
Второе – наличие многослойной национальной аристократии. Первый слой аристократии – философы, создающие смыслы. Второй слой – это действующие политики и капиталисты, осознающие важность перемен и способные реализовать теоретические смыслы на практике. Практическая реализация стратегических смыслов рождает концепцию. Третий слой – это стражи концепции, исполняющие функцию ее защиты, модернизации и перевоспроизводства (государственники-глубинники, deep state).
Армянская революция началась 28 мая 1918 года с провозглашения Первой Республики. Уже сегодня можно сказать, что она заранее была обречена на провал, поскольку армянская независимость стала следствием геополитических катаклизмов после Первой мировой, а не результатом тщательной многолетней борьбы на основе оформленной идеологической базы. Отсутствие универсальной идеологии привело к созданию отдельных узких групп влияния, которые по-своему видели модель формирования нации и государственности. Партии «Дашнакцутюн», «Рамкавар» и «Гнчак» были сосредоточены на борьбе друг с другом, создавая глубокие разделительные линии внутри сломленного народа. Нельзя забывать, что становление Первой Республики шло параллельно с геноцидом и депортацией армян Западной Армении. Ереван даже не взял на себя столь важную миссию как уничтожение идеологов и организаторов геноцида, уступив эту миссию партии «Дашнакцуцюн».
Независимая Армения должна была продемонстрировать всему миру, что отныне именно она несет ответственность за жизнь каждого армянина и способна покарать всех, кто несет угрозу ей и ее народу. На тот момент каждый армянин искал именно этого – решительного надежного защитника и мстителя в одном лице. Это не имело бы никаких политических последствий для молодой Республики на международной арене, поскольку те же младотурки были приговорены к смертной казни Константинопольским судом.
Бизнесмены-тяжеловесы армянского происхождения не стали национальной буржуазией, сделав выбор в пользу сотрудничества с крупными европейскими игроками, делившими нефть и иные ресурсы региона. На тот период Галуст Гюльбенкян, Степан Лианозов, семьи Манташевых и Арамянцев были богатейшими людями Ближнего Востока и одними из топовых капиталистов международного уровня. Однако по своей природе эти люди оказались всего лишь недальновидными коммерсантами, идеология которых была проста – меньше ответственности и политических рисков, больше прибыли и спокойной красивой жизни. Они не имели ничего общего с лордом Ротшильдом, выкупившим мандат на Палестину, спонсировавшим сионистское движение и собравшим большие капиталы для строительства независимого Израиля. Итогом армянского подхода стала не только потеря самого капитала, но и пожизненное забвение тех, кто его так старательно зарабатывал. Свое наследие Гюльбенкян «подарил» португальскому диктатору Салазару, Лианозов оставил свое богатство финнам и французам, а капиталы Арамянцев были отданы в собственность советского Баку и Тбилиси.
«Без меня сионисты мало чего достигли бы, но без сионистов мое собственное дело погибло бы».
Эдмон де Ротшильд
Даже внутри силовой группы не было согласия и единой позиции. Даже такие гиганты, как Гарегин Нжде, Андраник Озанян, Драстамат Канаян и Товмас Назарбекян не смогли стать армянскими аналогами Оливера Кромвеля. Нельзя говорить о том, что лица, вовлеченные в строительство Первой Республики были законченными эгоистами и не желали создать нацию и государство. Арам Манукян, Шаган Натали, Армен Гаро, Погос Нубар, Алекс Манукян, Ваан Кардашян, Гарегин Нжде, Андраник Озанян и многие другие были патриотами, которые многое отдали ради страны. Даже армянские большевики типа Степана Шаумяна, Анастаса Микояна и Камо Тер-Петросяна по-своему любили Армению и желали блага своего народу. Однако это все про эмоции, которые являются преградой для реальной содержательной революции. Конечный итог – Первая Республика была проглочена новой Советской империей – продуктом относительно успешной русской революции 1917 года. Она создала имперскую нацию и на протяжении 70 лет армяне были ее неотделимой частью, верно служа интересам советской государственности. Этот факт свидетельствует о том, что армяне хорошо интегрируются и преуспевают в «чужом», но последовательно проваливают «свое».
История дала шанс продолжить армянскую революцию в конце 80-х годов прошлого века. Ее промежуточные итоги сложны и противоречивы, посему требуют тщательного анализа в рамках отдельной статьи.
Продолжение следует…
