Находясь в длительной конфронтации с Азербайджаном и под постоянной угрозой его военного нападения, Армения сегодня обнаруживает себя в условиях политической турбулентности. При этом после полной деарменизации Арцаха, когда Азербайджан объявил о восстановлении своей территориальной целостности и, как казалось многим, у Армении вроде не осталось проблемных вопросов с Азербайджаном и Турцией, многие прослойки армянства, включая политическое руководство Армении, внезапно выяснили для себя, что ни Азербайджан, ни Турция не намерены устанавливать мирные и добрососедские отношения с Арменией. Только тогда многие осознали, что конфликт вокруг Арцаха составлял лишь часть армяно-турецкой вражды и что заполучив его эти двое соседей не перестанут представлять экзистенциальные угрозы для нашей Родины.
Так что за неопределенность и бесперспективность лежат в основе отношений Армении с соседями? В чем причина преследующей нас политической турбулентности? Ведь место страны в мире определяется её отношениями с другими государствами. Мы интересны миру в первую очередь с точки зрения отношений с нашими соседями. Природа сотрудничества, союзов и противостояний определяет сущность международных отношений. Именно так открываются пути к артикуляции различных интересов и получению тех или иных ролей на международной арене.
Отношения с Турцией и собственное мировосприятие
История армяно-турецких отношений длится чуть больше века. Всё, что касается роли этнических армян в султанистской системе управления, различных миллетах, этнорелигиозных группах в Османской империи и не до конца оформившихся идентичностей (вроде «турецких» армян), а также культурные взаимодействия к этим отношениям относить не следует. Армяно-турецкие отношения начинают оформляться в 1908 г. в ходе восстания младотурок в Османской империи, когда появляются зачатки турецкой идентичности, в том числе её образ, мировосприятие, ценности, права, интересы и запросы, и в процессе последующих геополитических сдвигов, сделавших эти отношения враждебными, в том числе вследствие геноцидальных действий 1915 г., продолжающихся по сей день.
С момента начала оформления единой турецкой нации армяне и турки никогда не жили в мире
С этой точки зрения это столетнее противостояние уникально для мировой истории.
Приобретя независимость вследствие распада СССР в 1991 г., Республика Армения вошла в водоворот международных отношений, вооружившись навязчивой идеей об угрозе армяно-турецких враждебных отношений для существования независимой Армении и необходимости их урегулирования или по меньшей мере нейтрализации. Исходя из схожей предпосылки, многие интеллектуальные прослойки, основываясь на историческом опыте 1910-20-х и данных, указывающих на военную, политическую и экономическую мощь Турции в регионе, сопоставляя последние с возможностями Армении, пытались найти решение вопроса либо в отказе от определенных принципов, либо в строгой защите отдельных принципов со стороны армянства.
Таким образом, армянская политическая мысль поделилась на два идейных лагеря: сторонников налаживания отношений с Турцией путем прямых переговоров или нейтрализации угроз со стороны Турции с помощью третьих стран.
К первому лагерю примкнули все те, кто представлял независимое будущее Армении в регионе только через урегулирование отношений с Турцией любой ценой. С самого начала 1990-х гг., особенно посредством превращения «закона исключения третьей силы» в концепцию известным интеллектуалом Рафаэлем Ишханяном, широким кругам общественности насаждалась мысль о том, что армянство стало мишенью турок лишь из-за того, что оно постоянно было инструментом обслуживания интересов других держав, в частности России. Исходя из этого, если армянский народ откажется становиться частью антитурецких программ третьих сил, то появятся возможности договориться с турками и жить мирно.
Надежды сторонников второго лагеря были связаны с участием в политической повестке внешних сил. Согласно укоренившимся в этом лагере убеждениям, поскольку Турция и ее предшественница, Османская Империя, в различные периоды пребывали в состоянии вражды со сверхдержавами, в особенности с Россией, следует с их помощью нейтрализовать исходящую оттуда угрозу. Представители этого лагеря постоянно спорят об отношениях современной Турции с внешним миром. Одна сторона считает, что отношения между Россией и Турцией, несмотря на отдельные отклонения, враждебны по своей сущности и историческому наполнению. Следовательно, пророссийская позиция Армении – наиболее предпочтительный курс на пути нейтрализации экзистенциальных угроз извне. Другая же сторона находит более проблемными отношения между Турцией и Западом, откуда вытекает, что более предпочтителен прозападный курс.
Как видим, пророссийские и прозападные позиции армянской общественности – производные одного и того же видения армяно-турецких отношений. Отличаются лишь цивилизационные, исторические, военные, технологические и прочие обоснования. Обе переживают очередные разочарования и меняют внешнеполитические ориентации в зависимости от западной или российской поддержки, но в большей степени от стратегического сотрудничества Турции с Россией и Западом.
Когда к этому бинарному видению примыкают позиции относительно налаживания отношений с Турцией посредством прямых переговоров, складывается целостная картина собственного мировосприятия армян. Она отражает наши конкретные представления о собственных ресурсах, своем месте и значимости в глобальном мире. Все неусвоенные уроки армянской истории – прямые свидетельства неизменного характера именно этого мировосприятия.
Протягивать ноги… по длине одеяла
Согласно распространившемуся среди армянства глубокому убеждению, армянский народ, несмотря на великое прошлое и интеллектуальный потенциал, в сравнении с другими народами является лишь малочисленной общностью, владеющей малой территорией и небольшим количеством ресурсов и неспособной самостоятельно заботиться о своей безопасности. Особенно распространены слова Мовсеса Хоренаци многовековой давности: «несмотря на то, что мы маленькая нация, малочисленны и часто страдали под игом чужих государств, однако было много храбростей на нашей земле достойных писания и памяти». Народная же мудрость гласит: «протягивай ноги по длине одеяла».
Пророссийских, прозападных, сторонников примирения с Турцией любой ценой объединяет оценка армянского народа как малой, слабой, бессильной общности, окруженной турецкой морем, а значит, неспособной полагаться на саму себя. Значит, нужно или мириться с турками, или оставаться антитурецким форпостом (плацдармом, бастионом и т.п.) в подчинении великих держав.
Именно пренебрежительное восприятие собственного политического веса обуславливает мышление, в котором живут ожидания или представления, связанные с «хозяином», «старшим братом», «спасителем», «предателем».
На фоне вековой армяно-турецкой вражды и 30-летнего армяно-азербайджанского противостояния события 2020-2024 гг. углубили убеждение общественности в необходимости решения собственных проблем безопасности путем примирения с турками или привлечения держав. Уже многократно доказанные основы: что ни Турция, ни Азербайджан не желают мирно сосуществовать с Арменией, что турки до сих пор придерживаются убеждения, что «условие существования турок – несуществование армян», что Азербайджан сделал арменофобию частью официальной политики, что для формирования и поддержания национальной идентичности турок и азербайджанцев необходим образ армян как врага, что, как и армянский вопрос, карабахский конфликт всегда был и останется только инструментом обслуживания интересов других стран, что в политике нет друзей, а только интересы, – и другие доводы этого разряда остаются не усвоенными армянами уроками. Кажется, к этим доводам прибегают все. Но армянский политический класс, руководствующийся самобытным «Армянским Realpolitik», всегда возвращается на круги своя.
Проблема в укорененном у армянства мышлении. Уже почти 600 лет армянство живет согласно разработанной армянской Церковью концепции о необходимости покорности исповедующим ислам, но христолюбивым региональным правителям во имя спасения. А начиная с Исраела Ори частью политической практики стала и повестка освобождения армянского народа посредством христианских европейских держав. Десятки поколений были взращены доводами, приобрели жизненный опыт и стали носителями определенных «истин» на основании этих двух концепций. Так сформировалось мировосприятие современного армянина, который верит, что сил и средств армянского народа недостаточно, чтобы решить проблемы безопасности, следовательно, они второстепенны. Первостепенны же программы примирения с турками любой ценой или союзничества с Россией или западными державами.
Уроки о необходимости самоопределения, полагания на собственные силы, руководствования собственными концепциями и стратегическими планами, строительства собственной системы безопасности, проявления политической воли в международных отношениях остаются невыученными армянским народом.
Примеры самообороны Вана, Сардарапатской битвы, войны за свободу Горной Армении, операции «Немесис», первой, победной, войны в Арцахе, освобождения Шуши и других славных страниц нашей истории становятся не проявлениями собственной воли и силы, а случайностями, порой даже проявлениями чужих прикрытых военно-политических программ, участие армянского народа в которых, по мнению этих людей, переоценено.
Сегодняшняя политическая турбулентность Республики Армения – следствие порочного мировосприятия, в котором нет места самостоятельной мысли, воле и усилиям. Так доказывается наша идейная несостоятельность.
Высказанные в статье мысли принадлежат автору и могут не совпадать с точкой зрения «Армянской республики».
